Шведы в Санкт-Петербурге 

 

Первые шведы появились в Петербурге с момента его основания. Это были жители Ниена, переселившиеся из своего разрушенного городка на левый берег Невы ниже по течению. Там были построены финская и шведская церковь, существующие до сих пор. Вторая группа шведов в начальном Петербурге – шведские военнопленные.

С середины XVIII века шведы стали приезжать в русскую столицу по собственной инициативе – главным образом, ремесленники, но также и ученые, художники. Наиболее тесные связи были с Финляндией (она тогда принадлежала шведской короне); объяснялось это территориальной близостью к Петербургу. В XIX веке, после присоединения Финляндии к России, связи ее с русской столицей еще более активизировались. Однако в Петербург приезжали не только финляндские шведы, которые стали российскими подданными, но также шведы-иностранцы – подданные шведской короны.

В конце XIX – начале XX века численность шведов в Петербурге была около 5 тысяч. Среди них более всего было уроженцев Финляндии и потомственных петербуржцев. Шведские подданные составляли не более четвертой части всех шведов, причем около половины тех иностранцев родились в Петербурге.

Центром общинной жизни, не потерявшим значения и к началу XX века, была лютеранская церковь Святой Екатерины на Большой Рождественской (позднее Малой Конюшенной улице). Благодаря обилию поселенцев ближайший к церкви переулок был назван Шведским. Среди видных членов церковной общины — семьи Нобель (Nobel), Болин (Bolin), Лидваль (Lidvall) и Фаберже (Faberge), а также Густав Маннергейм (Gustaf Mannerheim). Число прихожан шведской церкви достигало семи тысяч человек и на пороге 1917 г. их было чуть более пяти тысяч, преимущественно шведскоговорящих финнов.

После того как в 1809 г. Финляндия стала Великим княжеством в составе Российской империи, многие финны и финские шведы переселились в Петербург. Следующий рубеж приходится на 1861 г., когда после отмены крепостного права в России началась индустриализация и ускорилось строительство железных дорог. Многие шведские фирмы и частные лица увидели в России страну с огромным потенциалом, своего рода альтернативу Америке.

В 1870-х около трети пятитысячной шведской диаспоры жило в пределах исторической слободы, однако к 1910-м годам большинство шведов переместилось в окрестности промышленных предприятий Васильевского острова и Выборгской стороны. Самая малочисленная из лютеранских общин Петербурга первенствовала в промышленных специальностях: среди шведов была высока доля квалифицированных рабочих и инженеров, занятых на Балтийских верфях и на предприятиях братьев Нобель, самых знаменитых в Петербурге выходцев из Швеции.

В русско-шведских экономических связях особое место принадлежит 1838 году.

Это был год, когда Иммануэль Нобель (1801-72) переселился в русскую столицу и основал там механическую мастерскую. Эксперименты Нобеля с минами вызвали у русского правительства огромный интерес и он несколько раз получал крупные денежные награды. Большой вклад И. Нобеля в промышленность заключался в изобретении подводных мин и использовании нитроглицерина на горновзрывных работах. Первым в России он стал строить пароходы с гребными винтами и заложил первый прокатный стан. Тем не менее Нобель дважды обанкротился и в 1859 г. вернулся в Швецию. И. Нобель умер в 1872 г., но два его сына, Людвиг (1831-88) и Роберт (1829-96), продолжали деятельность фирмы в России и расширили ее. Третий сын, Альфред (1833-96), вырос и провел свои первые научные опыты в Петербурге, но в дальнейшем работал, в основном, за пределами России. Важную область промышленной деятельности составляла добыча нефти в районе Каспийского моря. Братья Нобель заложили основы русской нефтяной промышленности: создавали лаборатории, нанимали геологов, построили в шведском городе Мутала первый в мире танкер. Для финансирования этих грандиозных проектов в 1879 г. было организовано «Нефтяное товари- щество братьев Нобель», общеизвестное под телеграфным сокращением «Бранобель». Братья Нобель поддерживали тесные связи со Швецией, но их товарищество было русским. То же самое можно сказать и о Вильгодте Уднере (Willgodt Odhner, 1845-1905), изобретателе и производителе широко известной счетной машины, т.н. арифмометра. Уднер сначала служил у Нобеля, который финансировал его разработки. После 1917 г. фирма Уднера обосновалась в Гётеборге под названием «Original Odhner».

 

Наряду с экономическими связями между Россией и Швецией существовали и культурные.

В русской столице в конце XVIII в. творили два замечательных художника:

Александр Рослин (Alexander Roslin, 1718-93), специально приглашен-ный Екатериной Великой и известный портретами русских аристократов и самой императрицы, и

Беньямин Патерсен (Benjamin Patersen, 1750-1810) из Варберга на юге Швеции. Именно ему мы обязаны точными и яркими видами российской столицы конца XVIII в. 

 Христиан Петрович Югансон (Pehr Christian Johansson, 1817-1903), выдающийся танцовщик, впоследствии балетмейстер Мариинского театра. Анна Павлова, Тамара Карсавина и Матильда Кшесинская были ученицами Югансона и признавали его значение для своего творчества. Уже упомянут архитектор Карл Андерсон. Наряду со шведской церковью и доходными домами прихода он построил в Петербурге немало зданий и считается видным представителем эклектики конца XIX в. Более выдающимся архитектором был его младший коллега

Федор Лидваль (Fredrik Lidvall, 1870-1945). Федор Иванович Лидваль родился в Петербурге и был одним из восьмерых детей портного Юхана Петтера Лидваля, иммигрировавшего в середине XIX в. из северной Швеции и ставшего в России придворным портным. Федор же предпочел учиться архитектуре в Академии художеств. Лидваль стал одним из самых ярких представителей петер-бургского модерна. Благодаря изысканному чувству классической архиктектуры Петербурга, Лидваль выработал стиль, в котором блестяще сочетались элементы модерна с неоклассицизмом. Прекрасный тому пример — возведенная в 1912 г. гостиница «Астория». Шведы в Санкт-Петербурге общались тесно и помогали друг другу заказами. Так, например, первая резиденция семейства Нобель была построена Карлом Андерсоном, а потом дома Нобелей строились по проектам Лидваля. Наряду с «Асторией» к шедеврам Лидваля относится комплекс домов на Каменноостровском проспекте, где находилась его мастерская, и здания Азово-Донского банка на Большой Морской улице. После 1917 г. Лидвалю пришлось эмигрировать и обосноваться в Стокгольме, где он построил несколько заметных зданий. Еще одно шведское семейство занимало в Петербурге видное место — придворные ювелиры Болин (Bolin), фирма которых находилась на Большой Морской улице, д. 10; имя до сих пор можно прочесть на фасаде здания. Фирма Болин, действовавшая в Санкт-Петербурге с 1830-х гг., вместе с Фаберже была крупнейшим ювелирным домом столицы. Доля ювелиров, золотых и серебряных дел мастеров финского и шведского происхождения была в Санкт-Петербурге поразительно большой: в 1840 г. в финском и шведском приходах их насчитывалось 561 человек, что составляло четверть общего числа мастеров в этой отрасли.

 

 

Лучшее для Joomla.
triquetra.